"В Европе петь контр-тенором очень модно, а до нас все доходит с опозданием"

17:36 | 27.10.2016 | просмотров: 1124 | Культура
"В Европе петь контр-тенором очень модно, а до нас  все доходит с опозданием"
Текст:
Видео: Автора, героя публикации

YAKUTIA.INFO. Государственный театр оперы и балета празднует 25-летие с момента своего образования. И в рамках мероприятий приуроченных к этой дате 29 октября состоится гала концерт ведущих солистов оперы. На нем выступит солист московского театра "Новая опера" Артем Крутько.

У Артема уникальный голос - контртенор,  который якутский слушатель будет иметь возможность услышать впервые.  О том, почему контртенора пока несколько остаются в тени в России, но на Западе очень востребованы, а также о консервативности русской оперной школы и о том, что же это за певческий голос, Артем Крутько рассказал нам в своем интервью.

Немного истории

- Раньше такого термина, как конттенор, не было - исполнителей называли фальцетистами. Они появились в церквях, куда женщин не допускали. Причем изначально их не кастрировали - они были просто певцами в хоре. Но потом, уже во времена появления оперы, стали применять операцию, где женщинам в то время тоже не было места. Все партии пели мужчины, и поэтому для создания искусственных высоких голосов прибегали к этой варварской операции. Потом эту практику отменили мужчины вновь стали полноценно петь контртенором. Но, тем не менее, эти голоса были менее популярны, чем привычные баритоны и тенора.

Россия и Европа

В Европе традиция стала активно возрождаться, а вот в России контртеноров было очень мало. Там сейчас не для кого не сюрприз, когда мужчина выходит и поет контртенором. И в репертуаре всегда есть для них партии. В основном это старинные барочные спектакли и там публика к этому привыкла, там есть свои звезды и идет очень хорошее развитие. В России же этих голосов почти не слышно. Хотя сейчас ситуация немного меняется. Я работаю в штате Новой оперы - и это уже показатель того, что контртенорам стали уделять внимание. 

Россия немного консервативна.

- А сложившаяся в России ситуация прежде всего связана с традицией, которая, если говорить о контртенорах, почти отсутствует.  У нас есть "Снегурочка", "Руслан и Людмила", где партии писались для женщины, но мужчина мог бы сыграть лучше. Но вот если поставить того же "Юлия Цезаря" или "Ринальдо", какие-то барочные арии, но у нас за это не берутся. Почему? Не знаю...

Поскольку материал есть, и даже относительно современный. Та же  "Сон в летнюю ночь"  Бриттена, которую поставили в Мариинке. Но постановок, где есть партии контртеноров, не так много в репертуарах. Но материал-то есть - это и Гендель и Глюк, например. Но у нас в России, я еще раз повторяю, все несколько консервативно. В Европе петь контртенором - это сейчас очень модно, а до нас  все доходит с опозданием. В России сложилась традиционная любовь к бельканто, операм Пуччини и поэтому у нас немного сложно идти в ногу со временем. Когда я работал до этого в Челябинске, мне долгое  время обещали сделать постановку специально для меня. Я мечтал спеть Орфея. Это не масштабная постановка и были уже и ноты. Но обещания так и остались обещаниями.

Германия - как пример самореализации и все же некоторой неустроенности

Последние два года я жил в Германии и за это время спел три партии, не считая нескольких совместных номеров, которые я спел совместно с балетом. И это учитывая, что это очень маленький городок - Гейдельберг, с маленьким театром. но с очень большим репертуаром - от классики и до современности, и в особенности старинной музыки, которой никто и никогда не слышал. И публика идет, поскольку музыка очень красивая. Я поработал, посмотрел, но оставаться там все же не захотел. Во-первых, там сейчас уже очень много контртеноров, а значит и конкуренции. И второе - там нет штатной системы, то есть работа идет по контракту и нужно очень много мотаться, а у меня жена и маленький ребенок. Мне это не подходит. Поэтому для меня проще поехать за границу на гастроли.

 Отличие школ

Когда я только учился в академии, я услышал голос Эрика Курмангалиева. Он был очень известен, обладал просто прекрасным голосом, снимался в кино. А кто еще в России? А вот за рубежом было уже много известных контртеноров. Все зависит от менталитета - там очень развито хоровое пение. И оттуда, как раз, распределяют голоса. И на Западе уже сложилась отличная школа для контртеноров, где учат правильному, аутентичному исполнению. Россия пока не зарекомендовала себя в этом отношении. Хотя школа у нас есть, но она  русская, в том смысле, что учат петь русские произведения. И кадры готовят под нашу музыку.

И когда поет русский контртенор это сразу заметно  - поем очень мощно. А сделать по-настоящему барочного контртенора наша школа не может. И школа то не плохая, просто оперные традиции другие. А если хочешь петь барочную музыку аутентично после русской школы, то нужно брать мастер-классы опять же на Западе. Либо слушать очень много записей, и просто "сдирать". Поэтому многие русские конттенора и уезжают за рубеж и там реализуются. И пока в России приглашают не так много, как хотелось бы. Хотя ситуация постепенно меняется. Появляются афиши с именами контртеноров, и в общем и барочная музыка тоже звучит чаще.

Не прошло и ...пока я узнал какой у меня голос

- Я пел в смешанном хоре музыкальной школы, во-вторых, сопрано. Потом в 12 лет должна была начаться мутация голоса, и меня пересадили в альты. Но я продолжал показывать первые сопрано - девочки не могут, а я пел. Педагог шутил: "Артем, покажи как правильно нужно брать ноты". В общем, мой фальцет сохранился. И после окончания школы я подошел к педагогу с вопросом о том, что же мне делать дальше и какой у меня голос. Она ответила: у тебя тенор-альтино. У нас в небольшом кубанском городке о контртенорах и не слышали.

Но дальше получилось так, что я попал в Челябинск и пошел на прослушивание в Челябинскую государственную академию культуры и искусств. И вот как раз там мне и сказали, что у меня контртенор. Это слово я услышал впервые и узнал, какой у меня голос. Но только через несколько лет я впервые услышал, как поет контртенор. Конечно, в ходе обучения мне неоднократно говорили об относительной бесперспетивности контртенора, что мне будет нечего петь. Я чувствовал консервативность, но мой педагог Людмила Боровик помогла отстоять мне мой голос, она всегда мечтала, чтобы у нее в класс пришел контртенор. Мне до сих пор пишут с просьбой дать ее контакты. Может быть, и  я когда-нибудь стану педагогом и поспособствую становлению школы контртеноров в России.

А что будем исполнять в Якутске, пока не точно сказать не могу. Мы еще не обговорили до конца этот вопрос с дирижером.  Но думаю, что это будет ария Ринальдо и ария Юлия Цезаря. Приходите.

Комментарии
Наверх