Айаал Лазарев: "После Олимпиады мечтаю открыть школу тяжеловесов"

12:17 | 30.9.2016 | Просмотров: 4313
Айаал Лазарев: "После Олимпиады мечтаю открыть школу тяжеловесов"
Текст:
Фото: автора и из личного архива героя

YAKUTIA.INFO. Плох тот спортсмен, который не мечтает об олимпийской медали. Нужно ли уточнять, что за выступлением Айаала Лазарева в весовой категории до 125 кг на бразильском ковре минувшим летом пристально следили не только земляки-якутяне, но и граждане Кыргызстана, под флагом которого и выступил тяжеловес. Мощная поддержка болельщиков не помогла: наш спортсмен, пропустив атаку, выбыл после первого круга, уступив победу сопернику из Польши.

А что было дальше?

О мыслях во время схватки, о разговоре с тренером после проигрыша, о планах и новых целях читайте в специальном интервью Yakutia.Info.

«НЕДООЦЕНИЛ СОПЕРНИКА — ВОТ МОЯ ОШИБКА»

— Сейчас, когда прошло время и утихли эмоции, ты можешь объяснить, что было на Олимпиаде? Вышел на ковер таким дерзко красивым и уверенным, а в результате… Не успел должным образом подготовиться к Олимпиаде после неожиданной новости о поездке в Рио?

— Как раз таки наоборот: моя форма была идеальной! Впервые за всю спортивную карьеру у меня была такая потрясающая форма!

— Что подразумеваешь под словосочетанием «потрясающая форма»?

— Реакция, движения, энергия, адреналин, желание — всё было на пике! В этот период, что важно, мы с тренером прекрасно понимали друг друга, всю общую работу в спортзале делали на одном дыхании. Я трезво оценивал свою подготовку и про себя уже решил, что железно попаду в тройку лидеров. Сейчас понимаю свою ошибку — недооценил своего соперника. После жеребьевки я посмотрел на него и понял, что он не сможет меня одолеть. Конечно, с тренером обговорили тактику…

— И какой же она должна была быть?

— Агрессивной. Нужно было постоянно нападать на него, расшатывать, выводить его из равновесия, быть в постоянной «вязке» и давить. В общем, задача была — показать себя на все 100% и, таким образом, навязать свою борьбу. А потом… вышел на ковер и в какой-то момент почувствовал, что соперник несерьезный для меня и я смогу одержать победу, не прилагая особых усилий. Вот и решил вести себя спокойнее, чтобы силы поберечь.

— …а в этот момент люди по ту сторону экрана смотрели и думали, что «психологически давит обстановка, вот и не показывает себя»…

— Знаешь, я боролся с поляком, а сам мыслями уже был в полуфинальной схватке — вот за эти мысли я и поплатился сильно, о чем до сих пор жалею. Как только я успокоился и начал вальяжно себя вести на ковре, что-то пошло не так, в результате я пропустил атаку, а после сделал неправильную защиту и контратаку.

Вроде месяц прошел, но мне и сейчас не подобрать слова, насколько обидно. Но уже ничего не исправить, остается только делать выводы.

— Ты прости меня, что заставляю вспоминать все детали. Но что тебе сказал твой тренер Иван Николаевич, когда ты вернулся к нему с ковра с проигрышем?

— Вообще ничего не сказал. Мы оба были в ступоре какое-то время, минут двадцать не разговаривали, нам обоим нужно было время, чтобы всё осознать. Потом, когда немного успокоились, я первым озвучил свою ошибку, которую обсудили вместе. Иван Николаевич понимал и видел, что сам всё осознаю, смысл был ругаться или кричать на меня? Конечно, оба были расстроены. Досада. Обида. На следующий день во время завтрака начали думать уже о будущем, подбадривали друг друга, ведь вместе мы за какой-то период достигли уже таких результатов, каких еще не было в спортивной истории Якутии.

— Что дальше? Конец спорту?

— Пока такая тема не поднималась, да и я не намерен говорить, что в моей жизни спорту конец. В данное время вообще ничего не планирую. Знаешь, чего хочется?

ОТ РЕДАКЦИИ:
Эта встреча спортсмена Айаала Лазарева с журналистом Эмилией Алиевой состоялась в новом ресторане бурятской кухни «Юрта». Они заказали композицию «Сытый мальчик»: на одном большом блюде были выложены колбаски из печени, 4 порции бууз из баранины, жареная печень и две порции хушур (аналог известных чебуреков). Из напитков предпочли воду и чай. 

— Чего же?

— Отдохнуть. Отдохнуть от мысли, что утром надо рано вставать и бежать на тренировку. Элементарно выспаться — вот чего хочу. Давно не засыпал без мыслей, что надо куда-то лететь. Я ведь не новичок в розовых очках, который только что пришел со своими мечтами в зал. Нужно детально всё проанализировать и продумать новую работу по дальнейшей подготовке.

Последние восемь лет я жил в режиме постоянной готовности, всё время надо было куда-то уезжать на тренировки. Когда со сборов летел домой на отдых, уже знал, какого числа должен лететь обратно для следующей подготовки. Мне нужно отдохнуть так, чтобы я изголодался по этому режиму. Не думай, что сейчас я только сплю. Время зря не теряю, занимаюсь восстановлением. Нужно уделить внимание своему здоровью: у меня есть серьезные профессиональные травмы, которые порой мешают…. Спортсмен тоже человек из плоти и крови.

— Сколько эмоций и переживаний, оказывается. А со стороны всё так спокойно выглядит.

— Внешне, конечно, всё спокойно, но это не значит, что мы лишены каких-то чувств и переживаний. Долго думал, встречаться ли с тобой, потому что не был уверен, что это интервью должно появиться в природе. Тренер сказал, что молчать нельзя, а я, как верный солдат, всегда слушаюсь и прислушиваюсь к мнению. У спортсмена в эмоциональном плане вообще жизнь насыщенная и делится, как правило, на два этапа, которые между собой постоянно чередуются: до и после соревнований. До — когда ты предельно сконцентрирован на своей цели, но может помешать любая мелочь. Примешь чуть прохладный душ — и всё! Простудился. Даже от стаканчика мороженого может горло заболеть, поэтому на автомате начинаешь себя беречь от посторонних отвлекающих факторов. После соревнований все иначе — то же самое мороженое можешь кушать килограммами, ледяной водой обливаться — ничего не будет, и состояние такое безмятежное. И вот этот адреналин — настоящий наркотик.

«В БОЛЬШОЙ СПОРТ ПРИШЕЛ СОСТОЯВШИМСЯ ЧЕЛОВЕКОМ»

— Вот ты говоришь, что часто туда-сюда летаешь. Почему? Я, конечно, понимаю, что легкие весовые категории — наше всё, но неужели здесь с подготовкой тяжеловесов дела обстоят так плохо?

— Вот-вот. В отличие от других спортсменов из стран-лидеров в моей весовой категории, мне в Якутске не с кем тренироваться. Даже элементарные 4–5 соревновательных схваток не могу провести. Вот потому-то и необходимо мне лететь далеко за пределы дома, а если уезжать, то минимум на несколько месяцев. В итоге за весь год в общей сложности я бываю около месяца — так и жил в последние годы без перерыва.

И, поверь мне, я не избалован многомиллионными гонорарами, поэтому всегда довольствуюсь самыми минимальными условиями проживания и питания. Пойми, это не жалоба, просто хочу объяснить ситуацию. Жить в таком режиме, на самом деле, физически и психологически очень тяжело. Ладно я, а каких титанических усилий стоило моему тренеру искать и находить деньги на мои перелеты и сборы в самом начале нашей работы, когда у меня вообще никаких результатов не было. Это сейчас я — Айаал Лазарев, а восемь лет назад я был никем, у которого было только одно — жажда результатов. Тренер буквально по кусочкам собирал деньги: где-то десять тысяч, где-то пятнадцать найдет, кто-то тридцать даст, порой из своего кармана доставал деньги на мой проезд.

— Почему так?

— Наверное, мешал стереотип «в Якутии не было и нет тяжеловесов», потому никто даже внимания не обращал и не было времени задуматься. Причем так думали не только у нас, но и за пределами республики. Многие тренеры говорили Ивану Николаевичу: «Ты взялся за невозможное!», «Да если якут появится в тяжах среди мировых лидеров, то в России снега не будет». А что сегодня имеем? Золото и три бронзы континента. Я вошел в восьмерку сильнейших борцов по общемировому рейтингу и дошел до Олимпиады.

— Стоп-стоп. У нас же все деньги на борьбу идут, разве нет?

— Конечно, но вся сумма распределяется между всеми районами, командами юношей, молодежи и взрослых. Пока среди легковесов распределяют, уже всё заканчивается. Зачем вывозить на соревнования тяжеловеса, результаты которого неизвестно когда появятся? Лучше взять вместо него несколько парней категории 57 кг. Многие молодые ребята-тяжеловесы оставляют профессиональный спорт, потому что не видят перспектив для себя, не получают экипировку и т. д.

Кадр из личного архива гостя. 22-летний Айаал Лазарев со своим спортивным "отцом" — тренером Иваном Николаевичем Сивцевым. 

— Вот ты говоришь, что был никем, в перспективы, как понимаю из нашего разговора, никто не верил, "харчы суох". Тогда чем зацепил своего тренера, что он взялся за твою подготовку?

— Может, своим трудолюбием? Никогда не говорил, но теперь могу сказать: я ни на одну минуту не переставал верить в себя, в свои возможности. Каждый день просыпался с мыслью о своей цели. Думаю, для любого тренера важно, чтобы у его учеников была мотивация заниматься. Не хочу бросаться высокими словами, но ведь действительно мечтал внести свою лепту в спортивную историю республики.

— Судя по твоим результатам, мечта осуществилась?

— Сейчас, конечно, легко говорить, а ведь тогда к своему тренеру я пришел после окончания Института физкультуры и спорта СВФУ, был уже состоявшимся человеком. В 22 года многие заканчивают свою спортивную карьеру, а мы тут решили добиться таких результатов, которых никто до нас не достигал. Помню, во время нашего разговора рассказал Ивану Николаевичу свою историю: всегда тренировался в общей массе, мне никогда не уделяли индивидуального внимания… В общем, крепко пожали друг другу руки. Иван Николаевич так начал гонять меня, что я буквально выползал из зала. Помню, часто не было сил поесть или выпить стакан воды после тренировки. Чуть позже тренер рассказал мне о своей давней мечте вывести на мировую арену якутского борца-тяжеловеса. До меня у него уже занимались братья Нюргун и Николай Чукровы, Увар Тимофеев, Семен Семенов… Видимо, судьба была такая нам встретиться и с удвоенной силой работать над одной целью. Все эти годы мы вместе преодолевали трудности и сейчас, в принципе, гордимся результатами. У нас получилось дать развитие новому витку в вольной борьбе.

Знаешь, очень надеюсь, что после Олимпиады в Рио все — и руководство, и жители республики — теперь обратят внимание на тяжей и поверят, что можно поднять из нашего субъекта больших парней и они смогут стать реальными претендентами на победу на любой арене.

— Давай о земном. Какие у тебя дальнейшие планы? С твоей работоспособностью, полагаю, скоро устанешь отдыхать.

— У меня появляются разные идеи, которые заставляют задуматься над дальнейшей жизнью. Признаюсь, одна из этих мыслей мне наиболее симпатична. Думаю, после завершения спортивной карьеры я бы мог открыть школу тяжеловесов — для тех, чей вес 84 кг и больше. Хочется, чтобы у нас был единый зал, где занимались бы все большие ребята.

— Не раз слышала, что подготовка тяжеловесов несколько отличается. Ответственность ведь такая?

— Так и есть на самом деле. В первое время, когда я сам себе принадлежал, мне приходилось много времени посвящать методу проб и ошибок, потому что опыта ни у кого не было. Не у кого было даже спросить. За все эти годы у меня накоплен большой опыт, который я испытал на своей шкуре. Поэтому, думаю, чуть позже мог бы попробовать себя в подготовке полутяжеловесов и тяжеловесов. Каждый раз, когда обдумываю это дело, невольно начинаю мечтать о зале, где занятия будут проходить в здоровой спортивной обстановке.

— Ты думаешь, у нас так много габаритных парней?

— Думаю, хватает (улыбается). Просто они рассредоточены. Если бы имелась возможность заниматься в одном зале, то к соревнованиям можно было бы спокойно готовиться в домашних условиях. Уверен, через какое-то время мы бы смогли уже претендовать на серьезные результаты… Кстати, ты второй человек, кому я рассказал о своей задумке.

— А первым кто стал?

— Тренер. Правда, потребуются вложения. В данное время я действующий спортсмен, и время покажет, суждено ли сбыться моей идее.

ЗА КАДРОМ

— Читала в новостях: «Глава республики вручил всем участникам Олимпийских и альтернативных Паралимпийских игр в Москве по одному миллиону». На что потратил свой лям?

— Его еще получить надо. Пока выдали сертификат в рамочке. Больше не владею никакой информацией.

— Ты кушай-кушай… Нравятся буузы?

—  Вкусно! (Смачно высасывая сок из буузы). Кстати, — вытирает руки салфеткой, — мы же ездили в Монголию на соревнования. Знаешь, что меня там поразило? Объемы порций. Во-первых, посуда в монгольских кафе — ну очень широкая и глубокая. Во-вторых, все блюда — только с мясом! Мясо вареное, жареное и так далее. Там нам и объяснили, как правильно кушать буузы: надкусывать нужно аккуратно, потому что горячий мясной сок может обрызгать одежду. И есть надо сразу, как только подали, горячими, потому что остывшие буузы — это уже совсем не то. Через час я должен быть в спортзале, поэтому обед очень кстати. Подкрепился!

— Судя по твоим соцсетям, ты увлекся американским футболом. Присматриваешься к новому виду спорта, или это только забавы ради?

— Пока у меня отдых, я не тренируюсь на ковре. Качаюсь в тренажерном зале, немного занимаюсь йогой и играю с ребятами в американский футбол. Время позволяет, почему бы и нет, если нравится и интересно? 

Благодарим за радушный приём ресторан бурятской кухни "Юрта"!

Адрес заведения: улица Курашова 44 (Якутск). 
Телефон: 72-56-66

Юрта в instagram.

Добро пожаловать!

Наверх