Жизнь 10:41 / 25.8.2014 8159

Адвокат Николай Зубов: в сложных делах наши органы бессильны

Адвокат Николай Зубов: в сложных делах наши органы бессильны
Текст: ЯкутияИнфо
YAKUTIA.INFO. В пятницу 22 августа в Якутске состоялся уже второй за этот год пикет против бездействия, волокиты и равнодушия следственных органов. Участниками пикета выступили потерпевшие – родные погибшего от удара током Айсена Плотникова и убитого Ивана Якушева. В обоих делах наблюдается крайне низкий профессионализм следствия, что выражается как в вопиющем нарушении по затягиванию дела (как в случае с делом Плотникова), так и в неполном расследовании дела (как в случае с делом Якушева).

Что стоит за этим – умысел или банальный непрофессионализм следствия? Свое мнение по этому поводу нашему изданию высказал представитель потерпевших, организатор пикета Николай Зубов.

- Больше двух лет назад на территории подстанции ОАО «Водоканал» погиб сын моей доверительницы Айсен Плотников, - комментирует Николай Зубов. - В течение двух лет следствие фактически не ведется. То есть все их усилия направлены на то, чтобы прекратить дело или каким-то образом его заволокитить.

- В чем это выражается?

- Уголовное дело прекращалось два раза, и два раза мы это прекращение обжаловали. Несколько раз выносились решения о приостановлении производства по делу. То есть следователи тратят большие силы и энергию на то, чтобы не расследовать дело. Почему – непонятно. «Водоканал» отрицает, что эта подстанция принадлежит им. И выходит так, что якобы никто в смерти Айсена Плотникова не виноват. Хотел бы обратить внимание на то, что Плотников погиб 28 марта 2012 года, а дело было возбуждено 3 августа 2012 года. То есть практически четыре месяца Следственный комитет вообще не обращал внимания на смерть этого человека. Бездействие следствия привело к тому, что даже если виновное лицо и будет привлечено к уголовной ответственности, то оно будет освобождено от уголовного наказания по причине истечения срока давности преступления. Исчерпав все возможности досудебного порядка обжалования, мы были просто вынуждены выйти на пикет, чтобы привлечь к себе внимание общественности.

- Можно ли списать случившееся на несчастный случай по вине самого погибшего? Говорят, он сам по неосторожности зашел в трансформаторную будку.

- По версии матери, Айсен просто перепутал в темноте эту будку с туалетом. Однако, по существующим регламентам, трансформаторная будка как объект повышенной опасности должна быть огорожена. Во-вторых, на ней должны быть запорные замки, которые предотвращают туда доступ посторонних лиц. Ну и, конечно, должны быть соответствующие предостерегающие надписи. Ничего из этого «Водоканалом» не было выполнено.

- На какой стадии находится дело по расследованию гибели Ивана Якушева?

- Мать погибшего Людмила Якушева вышла на пикет со мной, чтобы обратить внимание на следующее. Больше года назад был убит ее сын. Якутским городским судом обвинительный приговор по данному делу был вынесен. Однако в ходе судебного дела стало известно, что Следственный комитет прекратил дело в отношении пособника убийцы Александра Кохана. Причем дело прекращено по реабилитирующим основаниям – в связи с деятельным раскаянием Кохана. А ведь это человек, который фактически являлся пособником убийцы, несколько дней прятал тело убитого вместе с убийцей, помогал его вывезти. Что привело к тому, что тело пришлось хоронить в закрытом гробу. За все это время он никаким образом не раскаялся и даже не извинился перед матерью убитого. Мы обжаловали прекращение уголовного дела в отношении Кохана в суде, однако в настоящее время Следственный комитет никаких действий по привлечению этого пособника к ответственности (во всяком случае, по 316-й статье Уголовного кодекса) не предпринял.

- Можете напомнить обстоятельства преступления?

- Это произошло в квартире Кохана в ночь с 28 по 29 апреля 2013 года по ул. Кржижановского. У них произошел конфликт, после которого Стрелов предварительно избил, а потом выкинул еще живого Ивана Якушева из окна четвертого этажа. По заключению экспертизы, Якушев был живым от 30 минут до 2 часов после падения. В это время его затащили под дом, а на следующий день вывезли тело за город и спрятали.

- Могут ли быть связаны бездействие и волокита следствия с коррупционной составляющей?

- Я не знаю, с чем это связано – возможно, с незнанием дела, непрофессионализмом. Может, у них большой объем работы, и они просто не справляются. Может, у них просто глаз замылился. А может, они вообще неспособны расследовать дела, которые требуют определенной умственной нагрузки. Понятно, когда ты расследуешь какие-то простые бытовые преступления, особого ума и подготовки не надо. Но когда дела посложнее – тут наши органы будто бессильны. Тот же Кохан – бывший сотрудник ФСБ, поэтому немного владеет ситуацией, знает эту кухню. Конечно, он предпринял определенные меры, которые поставили следствие к тупик. Но то, что он устроил у себя дома притон и пытался скрыть совершение тяжкого преступления, отрицать нельзя. Однако Кохан почему-то вышел сухим из воды.

- Как вы оцениваете профессиональный уровень нашего следствия?

- В последнее время очень много говорится о некомпетентности следствия. Нужно отдать должное и признать, что не все следователи плохие. Однако когда дело касается специфических преступлений, которые в общие рамки не влезают – здесь следствие заходит в тупик. Это говорит о нехватке опыта, некомпетентности. Ну не знаю, ведь есть же какие-то курсы повышения квалификации, можно приглашать каких-то специалистов. Но ситуацию нужно сдвигать с мертвой точки. И более того, большинство преступлений по горячим следам не расследуется – например, тогда, когда в первые часы нужно опросить свидетелей, зафиксировать улики. Возьмите то же уголовное дело Айсена Плотникова – оно было возбуждено спустя четыре месяца после его гибели! За это время у «Водоканала» была масса возможностей скрыть следы преступления – например, уничтожить документы о том, что это их объект. Обыск провели спустя год – ну, о чем это говорит! Неужели человек или организация, которые знают, что в отношении них будут возбуждены дела, не попытаются избавиться от каких-либо улик?

Кроме того, данным пикетом мы хотели обратить внимание на отношение со стороны следствия к правам потерпевших. Есть такое слово, употребляемое правоохранительными органами, - терпилы. Такого не должно быть. Человек итак пострадал, а к нему такое отношение. Тут речь идет не только о профессиональной, но и морально-этической стороне дела. У нас права подозреваемых или обвиняемых очень хорошо защищены. Не дай бог следствие их нарушит – это может привести к развалу дела. А почему-то потерпевшие такими правами не обладают?

Беседовал Денис АДАМОВ

Комментарии

    К публикации не допускаются комментарии, содержащие мат, оскорбления, ссылки на другие ресурсы, а также имеющие признаки нарушения законодательства РФ.

    Новости партнеров