Жизнь 23:29 / 21.10.2015 7143

Как был уволен Марти МакФлай

Как был уволен Марти МакФлай
Текст: zritel.pro

Празднуя день «Назад в будущее» – наконец-то наступившую дату, в которую прибыл путешествующий во времени Марти – никто не вспоминает про Эрика Штольца, первого исполнителя роли МакФлая, уволенного в разгар съемок.

Кандидатуру Штольца продавила студия. Он закончил работу в «Маске», которую Universal собиралась выдвинуть на «Оскар», и виделся главе студии карманным вундеркиндом. Пусть режиссер Роберт Земекис считал иначе, все равно его кандидат был занят в телевизионном ситкоме и был связан контрактом по рукам и ногам. Штольц верил в метод погружения по Станиславскому, требовал называть себя Марти, и вообще трактовал роль излишне серьезно.

Почти половина картины была позади, но очевидная промашка с исполнителем главной роли не давала Земекису покоя. Он снова обратился за помощью к Стивену Спилбергу, и во время рождественских каникул тот сумел-таки заполучить Майкла Джей Фокса. Оставалось известить Штольца об увольнении.

Нижеследующий текст является нашим переводом из книги Касина Гейнса «Нам не нужны дороги: Создание трилогии “Назад в будущее”».

…Работа кипела, и фильм продолжал сниматься с оригинальным МакФлаем. Спустя много лет, когда Эрика Штольца спросили, на что были похожи его последние дни на площадке «Назад в будущее», актер сравнил их с долгой зимой. Возможно, он ссылался на вечер 7 января, когда искусство имитировало жизнь, и ощущения Штольца и Марти наконец-то совпали. Тем вечером снимали сцены в парке обсерватории Гриффит, который ночью, как остроумно подметил локейшн-менеджер Дэннис Джонс, становился самым холодным местом в наблюдаемой вселенной. Несколькими часами ранее Земекис получил добро на замену главного актера. Об этом знали лишь несколько человек, и отсчет до выходного пособия Штольца начался. Ничего не подозревающий Штольц снимался в сцене, предваряющей удар молнии в часовую башню.

Марти замер у белой линии на асфальте, готовый в мгновение ока сорваться вперед на своей машине времени. Он давит на газ, но ничего не происходит. Он чувствует смесь отчаяния и разочарования, видя, как его будущее, его судьба проходит мимо него. Он пытается еще раз, но нет. Снова и снова он поворачивает ключ зажигания, стараясь завести машину. В отчаянии, он с размаху ударяется головой в центр рулевого колеса, машина заводится, и готова мчать. Он смотрит вперед, глаза напряжены, выжимает педаль газа…

«Снято. Спасибо, Марти, дальше мы сами». Актер вылезает из машины и на его место садится дублер, готовый завершить поездку, пока Штольц ожидает дальнейшей команды.

На следующий день съемки переместились в гипермаркет Пуэнте Хиллс, большой торговый центр в городке Индастри недалеко от Лос-Анжелеса, который использовался в качестве локации для вымышленного гипермаркета «Твин Пайнс». По расписанию снимали сцену с первым путешествием во времени, когда Док отправляет свою собаку Эйнштейна на одну минуту в будущее. Шоу должно было продолжаться, и команда снимала уже не нужные дубли со Штольцем, а штатный фотограф Ральф Нельсон снимал кадры, которые лягут в стол на ближайшие двадцать лет.

Судный день настал спустя 48 часов. Большинство из тех, кто приехал к гипермаркету в ту ночь, не имели ни малейшего представления о том, что эти съемки каким-то образом будут отличаться от других. Ведущий актер прибыл на площадку в 17:30 и сразу же направился в гримерку готовиться к кадру. Затем он встал перед камерами, готовясь произнести фразу своему партнеру Кристоферу Ллойду, который играл Доктора Эммета Брауна. Директор производства Дэннис Джонс заполнял отчет о каждом съемочном дне, где буквенно помечал напротив каждого актера, как он был задействован и нужно ли будет его использовать в дополнительных съемках. 10 января в колонке напротив фамилии Штольца Джонс вывел черной ручкой букву «F». В данном случае, он конечно же имел в виду «Закончил съемки», но под эту букву подходит множество эпитетов и «Уволен» самый мягкий из них.

Было решено, что та часть съемочной группы, кто был в курсе грядущей замены, сообщат эту новость основным актерам до официального объявления новости всей команде фильма. Сценарист Боб Гейл должен был поговорить с Криспином Гловером, который играл Джорджа МакФлая, и Томасом Ф. Уилсоном (Бифф Таннен), а продюсеру Нилу Кантонудостались Кристофер Ллойд и Лиа Томпсон. Фрэнк Маршалл и Кэтлин Кеннеди связались с агентами Эрика Штольца, и пока Спилберг готовился выступить перед всей командой, Роберт Земекис лично сообщил Штольцу последние новости. Детали разговора между режиссером и уходящей звездой фильма остались за кадром, но Земекис рассказывал, что актер принял новости довольно тяжело.

Кантон готовился получить свою порцию негатива за вечер, но его старый друг Кристофер Ллойд, к которому он пошел первым, воспринял новость спокойно. «Я знал Криса по “Приключениям Бакару Банзая в восьмом измерении”. Он всегда был юмористом. Когда я сказал ему, что мы планируем заменить Эрика в фильме, он посмотрел на меня и спросил: “Хорошо, а кто такой Эрик?”. “Он играет Марти”, – ответил я. “Ах вот ты о ком! А я думал, что Марти его настоящее имя”. До сих пор не знаю, серьезно ли он так думал, или шутил надо мной».

Кантона развеселил тот факт, что Штольц, используя свой метод актерской игры, отказывался откликаться на свое имя на площадке, чем вызывал частое раздражение и недоумение всей команды. Участники производственной группы были более благосклонны к Эрику. «Мы почти всегда называли его Марти, – делится Боб Гейл. – это, конечно, глупо, но если помогает ему сосредоточиться на роли, почему нет? На площадке было пару человек, кото работал с Эриком на “Маске”, так они часто называли его Рокки, по имени его персонажа в том фильме».

Если Ллойд либо догадывался, либо притворялся, что не знает об этой фишке Штольца, Том Уилсон отчетливо осознавал, как зовут Эрика, и какие неприятности он сулит. Неприязнь, а иногда и открытая вражда на площадке между Штольцем и Уилсоном началась со сцены в кафетерии, когда Штольц должен был толкнуть Тома. Со слов Уилсона, на каждом дубле Штольц толкался изо всех сил, выкладываясь по полной. Несмотря на повторяющиеся просьбы Уилсона быть полегче, Штольц раз за разом врезался в него локтями со всенарастающей силой.

Мотор! Толчок. Снято. Повтор. Мотор! Толчок. Снято. Повтор. Мотор! Толчок. Снято. Повтор. Мотор! В результате получилась идеальная сцена, снятая за счет синяков Уилсона наключице. Главный задира школы Хилл Вэлли не забывал об этом ни на мгновение, и планировал отомстить обидчику через несколько недель. Это была дебютная роль Уилсона в большом кино – небольшое его появление в независимом фильме «Территория ниндзя» можно не брать в расчет – и он полагал, что не вправе жаловаться режиссеру на исполнителя главной роли. Однако он знал, что скоро будут снимать сцену, когда Бифф бьет Марти во время бала «Очарование на дне морском». И теперь получалось, что Уилсону так и не представится возможность наказать своего обидчика.

Для Лии Томпсон новости об уходе Штольца были нерадостны. «Было тяжело воспринять его уход, поскольку мы с Эриком были хорошими друзьями. Эрик очень разноплановый актер, но возможно, ему пришлось нелегко. В то время мы остро испытывали тягу к семидесятым. Все молодые актеры хотели походить на ДеНиро и Пачино, что было очень даже неплохо. Это сейчас большинство молодых актеров воспринимают профессию как бизнес. Тогда все было иначе. Но для того, фильма, что мы снимали, это все было не нужно. Эрик играл напряженно и давал очень много драмы. Он не был комедийным актером, а создателям был нужен именно комик. В жизни он бывал безумно смешным, но не хотел привносить это в свою работу».

Тем не менее, как бы она ни была разочарована уходом Эрика с проекта, новости о его увольнении Лиа восприняла с явным облегчением – поскольку сама имела неосторожность нарушить правила съемочного режима.

«В то время я встречалась с Дэннисом Куэйдом, который снимался за рубежом. Мы давно не виделись, и я безумно по нему скучала. Я не должна была покидать место съемок, но у меня выдалась пара свободных недель, и я уехала, несмотря на запрет покидать город. Во время этой истории с Эриком я была в Мюнхене. Это было давно, мобильников не было, поэтому я изредка звонила на свой автоответчик, проверить, не искал ли меня кто. Представьте, какого мне было, когда я услышала “Бииип! Это Стивен Спилберг. Бииип! Это Фрэнк Маршалл. Бииип! Это Боб Земекис. Бииип!”. Я была просто в панике. “Боже мой, меня уволят! Боже мой! Боже мой! Боже мой, они узнали, что я улетела за границу и у меня теперь море проблем!”. Я в спешке пыталась купить билет на самолет, когда до меня дозвонился Нил, и рассказал наконец, в чем было дело».

«На меня накатила волна облегчения, – продолжила она, все еще смеясь, несмотря на то, что прошло уже почти тридцать лет. – Вот так я нарушила правила. Никто из команды вам этого не скажет, поскольку я так никому и не призналась, что уезжала из города».

Некоторые из актеров, кто плотно работал со Штольцем на площадке говорили, что примерно за неделю до официального объявления возникло ощущение, что что-то не так. Том Уилсон вспоминает нездоровую атмосферу на площадке и перешептывания в начале 1985 года. Кристофер Ллойд тоже заметил, что все идет не так, кто обычно. «Мне было жаль Эрика. Он действительно был отличным актером, – вспоминает Ллойд. – однако несмотря на то, что он играл свою роль без сучка без задоринки, он никак не мог привнести в нее комедийные черты».

Объявление об уходе Эрика было внезапным, но, тем не менее, команда фильма предчувствовала грядущие перемены сразу после пост-рождественского возобновления съемок. «Были некоторые знаки, особенно явные за неделю до объявления или около того, – рассказывает Канди. – Когда мы готовили сцену, то доснимали ее потом только со стороны Криса Ллойда, но никак не Марти. Я спрашивал: “Неужели нам не понадобится другой ракурс?”, на что Боб Гейл отвечал: “Нет, нет, нет, не бери в голову”. Так что несложно было догадаться, что мы просто экономили пленку».

Официальное объявление последовало во время ужина, около 22:30. Земекис отпустил Штольца с площадки и собрал вокруг себя всю команду фильма. Также на площадке присутствовала вся продюсерская группа в составе Боба Гейла, Нила Кантона, Кэтлин Кеннеди, Френка Маршалла и Стивена Спилберга, что говорило о серьезности момента.

«У нас есть объявление, – сказал Земекис в мегафон. – Вполне возможно, для кого-то это будет шоком, так что это из разряда хорошая новость и плохая новость». Люди вокруг начали волноваться. «Начну с плохой новости. Нам придется переснять большую часть сцен, поскольку мы поменяли исполнителя главной роли. Теперь у нас новый Марти – Майкл Джей Фокс». Режиссер внимательно наблюдал за реакцией. Они не кричали от радости, но и не были злы или возмущены, как он того боялся. Кто-то из толпы крикнул: «Ну, это уж точно была не плохая новость!».

«Что ж, отлично. Тогда это была хорошая новость. А другая хорошая новость заключается в том, что мы продолжаем снимать наш фильм, – он сделал паузу. – Тогда, получается, что плохих новостей на сегодня нет».

Комментарии

    К публикации не допускаются комментарии, содержащие мат, оскорбления, ссылки на другие ресурсы, а также имеющие признаки нарушения законодательства РФ.

    Новости партнеров