Жизнь 10:14 / 5.9.2014 5623

Украинские переселенцы в Якутске: здесь люди душевные и гранаты не рвутся (+Видео)

Украинские переселенцы в Якутске: здесь люди душевные и гранаты не рвутся (+Видео)
Текст: ЯкутияИнфо
YAKUTIA.INFO. Меньше двух недель прошло с того, как в Якутск начали прибывать первые беженцы из Украины. Тогда и сейчас возникает множество вопросов. Ведь взвалив на себя судьбы вынужденных переселенцев, Якутия берет на себя ответственность, с которой не всегда справляется даже по отношению к собственных гражданам. Тем временем сами бывшие украинцы понимают, что соучастия принимающих мало, а настоящее уважение можно заработать только трудом. Как все начиналось, как беженцы планируют жить в суровых условиях Якутии? Об это и другом в материале Якутия.Инфо и видеосюжете коллег с ЯТВ.

- Хороший город, строек много, видно что растет. У нас в Луганске за последние лет 15 два здания бы построили.

- А населения столько в Луганске, - запинаюсь, - было?

- 400 тысяч где-то, а в области около 700 000 человек. Было.

Беженец в Якутске

В прошлый раз мы встречались с Андреем на второй день после их прилета самолетом из Крыма. Тогда мы с трудом пробились в комплекс временного пребывания в Хатассах — СМИ было «рекомендовано не тревожить» переселенцев. Спустя неделю Андрей позвонил и сказал, что может встретится.

«Гуляю по площади Ленина», - говорит «Луганец». Бегу на встречу - у Ленина никого нет. Звоню Андрею: «Я тут немного заблудился у вас, видимо в районе парка сейчас нахожусь. Вижу колесо обозрения».

Надо сказать, что при первой встрече Андрей показался очень адекватным парнем. Может, сказалось то, что большинство прилетевших женщины и дети. Надо ведь кому-то оставаться спокойным в той пучине неопределенности, в которой они оказались. Сидит у памятника Комсомольцам, ждет. Рядом маленький пакетик.

«Это вся моя жизнь, - говорит показывая на пакетик. - Документы вот оформляю, с понедельника выхожу на работу».

Идем, говорим о всяком. О планах, о семье, о проблемах с жильем.

«Мы с женой решили, что раз уж сюда приехали, то и строить свою жизнь тут надо. В Якутске. Получать российское гражданство. По-людски чтобы было. Ищем вот в районе ГРЭСа, куда устроился. Не надо всяких дотаций, главное, чтобы работа была».

Оба отмечаем, что с жильем у нас туговато. Зато работы много, если по призванию или руки от куда надо растут.

«Большинство уже устроились, другие пока ищут. Люди ведь разные, всем не угодишь, у каждого свое мнение. Кто-то хочет попасть под программу переселения, кто-то уехать домой когда все закончится, если оно будет куда».

Встречаем коллег и продолжаем разговор уже о том, как обстановка в лагере временного пребывания:

«Питание хорошее, люди помогают одеждой, кто чем может, мы очень благодарны. Люди у вас подушевнее что ли, у нас так принято, что каждый сам по себе. В общем проблемы есть конечно, допустим, те же документы оформить. Но тут надо работать с каждой семьей отдельно».

В Якутске сейчас пребывает около 200 человек, но говорят, что будет еще больше.

«Говорят, что да, но откуда они будут, мы не знаем, ведь лагерей для беженцев очень много. Самый большой в Крыму, моя жена туда на последнем поезде с Луганска через Ростов добиралась 23 июля. Я уехал с Луганска 1 августа, а в Крым на перекладных приехал 7 августа. Без денег конечно, тут люди помогут, там заработать можно, так и добрался.

Сейчас в Крыму очень много беженцев».

Не может быть, чтобы не было неприятных моментов, так и с Андреем и его семьей не очень хорошо поступила Крымская ФМС, не объяснив, что в Якутии не работает программа по переселению «Соотечественник».

«Никто не объяснил, что тут и своих проблем хватает, что мы здесь может и нужны, но не особо. Да, работы у вас много, но все упирается в жилищный фонд. Ведь у вас тут погорельцы есть и прочее. Частично стараются помогать, говорят, что жилье должны предоставлять работодатели, но большинство, конечно, не дают такого».

Как мы уже говорили, большинство беженцев — женщины и дети. И сейчас остро стоит проблема болезней и акклиматизации.

«У детей иммунитет еще слабый, один подхватил ОРЗ и остальные тут же. Потихоньку начинают болеть. Еще переход со временем, если честно, засыпаем где-то в три часа ночи по вашему времени. Семь часов разницы ведь. Нам сотрудники МЧС говорят — спите уже, мы стараемся, но не хочется ведь!»

Андрей отмечает, что дети пошли в школу и тут ничего, учатся с первой и со второй смены, стараются приспособиться к различию программ.

«Детей к школе практически всем снабдили, тетрадками там и ручками. Очень сильно помогают тут конечно, сейчас еще привозят. На данном этапе практически все одеты».

Прерываемся. В начале сентября в Якутске уже чувствуется настоящая осень. Телевизионщикам мешает ветер, да и просто холодно. По пути к спорткомплексу «Модун», где было решено продолжить общение, узнаю о собеседнике то, что не принято говорить «на камеру». Он ополченец.

«Не люблю об этом говорить, но беженцем меня заставило стать то, что у жены был нервный срыв. Она же на третьем месяце беременности тогда была, в Крыму. Позвонила мне, узнать что да как, ситуация то тяжелая. Командир говорит — давай, сдавай оружие и марш в увольнительную. Пришлось послушаться».

Как там начиналось

Вторая часть интервью — рассказ очевидца. Сложно что-то добавить, да и не нужно, поэтому просто расшифровка диктофонной записи. «В живую» - смотрите сюжет ЯТВ.

«Я так понимаю, что многих интересует, как там у нас все началось. Вначале у нас в Луганске и Донецке прошел референдум о том, чтобы стать автономными республиками в составе Украины. На этот референдум пришло от 80-90 процентов населения. Это пошло после того, как киевские власти перестали выплачивать зарплату рабочим, врачам, учителям, было решено оставлять налоги у себя, кроме части в Киев. Там этот референдум не признали.

После этого все соцвыплаты, включая пенсии, перестали поступать. Так прошло около двух -трех недель. Власти Донецка и Луганска перестали перечислять налоги совсем. Потом опять две-три недели затишья. После чего организовалась «нацгвардия» и пошла войной на Луганск и Донецк.

Сначала засылались диверсионные группы, они шли по окраинам городов и обстреливали с минометов простые жилые кварталы. Приезжала легковая машина, доставали миномет и обстреливали куда попадут. Попадали в школы, детские дома, частные дома, в общежития, просто на улицу. Эти диверсионные группы создавали панику, заставляли людей уезжать, бросать свои дома. Тогда пошла первая волна людей, кто в Ростов, кто в Харьков.

Это началось в мае и продолжалось в июне. Ближе к июлю, когда нацгвардия подошла к городу, начали обстреливать с тяжелых орудий — гаубиц, тяжелых минометов, «градов». Люди прятались по подвалам. Так и жили, все оборудовали себе место и прятались по пять - семь семей. У меня маленький сын выучил (ему год и восемь месяцев — прим. авт.) - слышит свист, просится на ручки и показывает рукой на подвал. Такое вот появилось в сознании маленьких детей — надо прятаться. Доходило до того, что прятались в канализационных люках. При авиа налете деваться некуда. По городу звучала сирена. На больших предприятиях еще оставались бомбоубежища — там прятались.

Плохо то, что они стреляли без разбора. Допустим, блокпосты ополчения, есть штаб ополчения — туда практически не стрелялось. Без разбора, а куда? Да куда попадут. Из-за этого было много жертв среди мирного населения, очень много.

Попозже, когда они поняли, что ничего не получается, начали проводить информационную пропаганду. Мол, ополченцы все террористы и мы сами все это делаем. Расстреливаем свои дома, где мы живем, свои школы, свои больницы. Вот вы живете в городе Якутске, вы бы расстреливали свой дом? Нет. Точно так же разве люди, которые тут живут, будут расстреливать свой дом, свою работу? Киев вел плохую пропаганду, что мы сами во всем виноваты. Что мы одни террористы, что мы не соглашаемся ни с чем.

Господина Порошенко в Луганской и Донецкой области никто не выбирал. У нас президентские выборы не проходили. Как они говорят, что за него проголосовала вся Украина? Если две области, на которой находится около девяти миллионов человек, основные промышленные области, треть населения Украины за него не проголосовало. Как он вообще стал президентом?

До сих пор люди отходят от всего этого. Одни прожили в подвале месяц, другие два, третьи три недели. Все равно это тяжело. Находиться без воды, без света. Газ местами есть, но так... тоже. Свет начал пропадать в июне. Власти старались. Могло два дня не быть и появится, чтобы те же телефоны зарядить. Включали насосные станции- воды набрать, помыться. А где-то с конца июня по сегодняшний день, я знаю точно, в Луганске нет ни воды, ни света. Ополчение привозит воду в бочках, гуманитарная помощь из России недавно приходила. Она дошла до людей, немного, но дошла.

Связь стараемся держать. Говорят, там совсем другая картина мира. Говорят, что ополченцы объявили войну Киеву, хотя войну Киеву никто не объявлял, это он пришел с войной. Говорят, что там все нормально — есть и свет, и вода. СМИ врут, я ответственно заявляю, что ни света, ни воды там нет уже полтора месяца. Все, что есть, привозят ополченцы, добровольцы какие там остались.

Кто смог - те уехали, но когда я уезжал, там оставалась треть города. Просто многим некуда ехать, да и как бросить жилье, на которое он зарабатывал всю жизнь? Люди не хотят бросать жилье. У меня там остались мать, тесть с тещей, они остались и сказали: пока у нас есть жилье, мы уже свое отжили, мы будем сидеть здесь, это наша земля и почему мы ее должны бросать. Стараются отправить молодежь, потому что это их внуки и дети. Сегодня ты жив, а завтра неизвестно куда упадет бомба или ракета.

Единственное хорошо, что у нацгвардии треть боеприпасов не срабатывает. Бывает идешь по городу - вот ракета. Полтора метра в асфальт вошла, но не взорвалась. Если бы взрывались все — было бы гораздо больше жертв и разрушений.

На тот момент когда я уезжал, инфраструктура города была разрушена вся. Не осталось ни одной целой электростанции, ни одного целого коллектора, ни одной водоносной станции. Недавно связывался с Ростовом, говорят пострадало около 60% города. Один к трем, куда то попала или бомба или ракета.

Из нас никто не хотел войны. Просто хотели немного больше для своих областей. Луганская, Донецкая, Днепропетровская — это основные области, которые приносили доход всей Украине. У нас и гидроэлектростанции, и шахты, и производство — все находилось на Донбассе. На западной Украине находилось... ничего. И нас все время считали дотационными областями. А почему, как мы прекратили платить налоги, они пошли войной? Выходит не дотационные все-таки. Эта война по большому счету — война олигархов. Война за деньги. Если сложить все факты. За власть Коломойского, а Порошенко просто большая «сошка». Когда объявили перемирие — никакого перемирия нет. Боевые действия как продолжались, так и идут. Мне вчера звонили по этому поводу. Там стреляют и рвутся гранаты.

Что еще сказать? Нечего сказать. Война это плохо. Никому я бы не хотел пожелать этого увидеть и пережить. Старайтесь жить в мире».

Видно, что 5 сентября Андрей все еще переживает те события. Но жена и дети, ответственность заставили его прилететь в пока еще не снежный, но уже холодный Якутск. Здесь не рвутся гранаты и не стреляют в людей. Здесь все можно начать заново.

Николай БОРИСОВ

Комментарии

    К публикации не допускаются комментарии, содержащие мат, оскорбления, ссылки на другие ресурсы, а также имеющие признаки нарушения законодательства РФ.

    Новости партнеров