Ассоль: фееричный эксперимент Сергея Потапова

11:35 | 24.5.2017 | просмотров: 2730 | Культура
Ассоль: фееричный эксперимент Сергея Потапова
Текст:
Фото: Василий Кривошапкин

YAKUTIA.INFO. Премьера спектакля–феерии  «Таптал долгунугар уйдаран» («Ассоль. Алые паруса») состоялась в прошедшие выходные с Саха Академическом театре им. П.А. Ойунского.  Сергей Потапов ставил его прежде в Казахтане в такой же короткий срок и в таком же экспериментальном формате.

Материалом для новой экспериментальной постановки Потапова стала пьеса Павла Морозова по мотивам повести-феерии Александра Грина «Алые Паруса», несомненно, ставшей  для тех, кто знаком с произведением с ранней юности, тем самым «нужным словом в беседе души с жизнью».

Каждый  раз, приходя в Саха театр на постановку Сергея Потапова,  я думаю, о том насколько болезненно будет в эмоциональном плане действо и насколько сильно поглотит оно мои мысли. И каждый раз я точно знаю, что не покину этот зал, оставшись равнодушной. Когда гаснет свет в зале, снова появляется будоражащее  ожидание эмоциональной встряски, темнота зала,  пустое пространство сцены обостряют все чувства, оголяют нервы. Зажигается свет и окружающий мир сжимается до масштабов театральных подмостков,  концентрируется в пространстве,  которое способно раздвигаться до бесконечности. 

Режиссер играет с реальностью также умело, как и Грин, выстраивая  условный пространственно- временной континиум, в котором лишь угадывается и то достаточно субъективно время и место действия.

Сцена, как и в предыдущих постановках Потапова в тандеме со сценографом Михаилом Егоровым, с первых секунд производит впечатление чистой лаконичной мысли,  визуализация режиссерского замысла лишена даже намека на бездумное декорирование. Пространство трансформируется светом и облаками белого сценического дыма, порой создающего иллюзию мистического взаимодействия с персонажами.  В одном из самых сильных моментов постановки в клубах дыма как в густом морском тумане ищет Бога Ассоль, дым подчеркивает, усиливает вибрацию воздуха,  игру света и цвета с динамикой движений персонажей.  

Экспериментальность режиссерского подхода ощущается особенно сильно в синтезе самых различных  примет времени, таких как костюм или музыка, например. Достаточно универсальное  и узнаваемое уже одеяние моряка «тельняшка-свитер-берет» которое можно отнести к 19-20 векам в любой из европейских стран, стилизованное платье халадай как якутский культурный код и современные стереотипные комбинации «мини  платье-стразы-каблуки», «простенькое платье-кофточка-очки» все эти образы великолепно проработала художник по костюмам Сардана Федотова. Особенно впечатывается в память невероятно фееричный костюм, еще более фееричного его обладателя  странствующего волшебника Эгля в исполнении Романа Дорофеева.

Музыка в спектакле также имеет большой диапазон ассоциаций с местом и временем. Грин не упоминает, в какой именно стране находится его Каперна и Лисс, но Потапов очень убедительно добавил происходящему ирландский колорит. Потрясающе органично звучат под акомпонимент  ирландской народной музыки песни на якутском языке. Музыке  уделено очень значительное место в действии, речитативы и песни героев как лирические отступления от сюжета выглядят, а главное звучат действительно эффектно.  Якутский язык блистает во всем своем богатстве и мелодичности. Обаятельный, живой, выразительный, хлесткий, с характерным якутским юмором перевод Ангеллы Поповой - это еще одно достоинство спектакля, также как и песни героев, автором которых она является.

Открытием для меня стало вокальное мастерство артистов театра. Моряцкие песни в исполнении Валентина Макарова, практически блюзовое выступление Ильяны Павловой и, конечно же, рвущееся прямо из сердца пение Ассоль…

Ассоль в исполнении Айталины Лаверновой получилась пронзительно трогательной, наивной и немного по милому чудной. Легкий почти прозрачный образ актрисы не вызвал ни на секунду ни тени сомнения в том, что Ассоль именно такая, хоть она в отличии от героини Грина более импульсивна и темпераментна. В целом актерский состав в очередной раз подтвердил то, что Сергей Потапов мастер создания психологического образа и режиссер, тонко чувствующий свою труппу.

Роли главных антигероинь воплотили Татьяна Легантьева и Елена Маркова, по настоящему, ярко сыгравшие дочерей Меннерса. О них не упоминается в произведении Грина, но в пьесе Морозова их появление обосновано тем, что на первый план выводится конфликт двух мироощущений. В этом контексте символичными являются две сцены где и сестры-близнецы и Ассоль задают одинаковый вопрос о том, какой была любовь межу их родителями и получают абсолютно противоположные ответы.

И в Ассоль и в дочерях Меннерса живет мечта, ожидание и жажда любви, но у Ассоль она созрела естественно, в условиях изоляции от грубого местного сообщества, на почве теплых отношений с единственным близким человеком ее отцом  Лонгреном и на примере его  любви  к ее матери, а также из возвышенного образа любви найденного на страницах книг.  В  случае же с главными антогонистами в спектакле девочками близнецами глумящимися над Ассоль, то их представление о любви сформировалось в условиях убогой и жестокой психологической обстановки, оно извращено нравственным уродством людей вокруг. Сама среда, пропитанная низменными инстинктами, делает всех кто растет, усваивая ее законы и понятия неспособными к глубоким чувствам, к поступкам внушительным, к устремлениям светлым.

Однако не только атмосфера бедного рыбацкого поселка, но и каменная клетка роскошного замка может быть морально затхлой. Именно мечта уводит главного героя из дома на поиски Настоящего. Канонический образ Капитана Грэя при этом смело сметен режиссерской интерпретацией его «греизма». Артур Грэй в исполнении Айсена Лугинова немного инфантилен, чудоковат, но тем не менее прекрасен в своем искреннем стремлении к чистой любви и в готовности доказать, что извечное «прекрасное несбыточное» так же возможно как и загородная прогулка, если ты хочешь подарить кому то чудо.

Театр ведь про это… про то, что сквозь толстое стекло повседневной жизни кричат нам простые, прекрасные истины, а театр еще со времен древнегреческих трагедий и средневековых  балаганных спектаклей, разбивает реальность, ошеломляя нас их громким, ясным звучанием.

Очень точно на мой взгляд описан  этот эффект обновления, который оказывает на человека искусство в словах из песни  Татьяны и Сергея Никитиных : «…а еще ведь нужно в душу к нам проникнуть и пождечь, а чего ж с ней церемониться чего ее беречь… а душа уж это точно ежели обожжена справедливей, милосерднее и праведней она…».

 

Комментарии
Наверх